Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Акимов И., Клименко В. - О мальчике, который умел летать, или Путь к свободе.

- 76 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

То же - Достоевский и Толстой.

Но зачем понадобилось возвращаться и жить там? Ведь тебе открыли твою истину, тебе подсказали способ действия, который приведет тебя к полноценной жизни...

Чем больше гений - тем больше освоенная им территория, тем чутче он ощущает этот мир, тем сильнее боль, которую он чувствует как свою. Гений так устроен, что куда б он ни спрятался - эта боль будет сфокусирована на нем; она прожжет любую суперкомфортную раковину, сколь угодно толстую монастырскую стену. Она везде достанет его! Вот почему советы старцев, увы, для Гоголя, Достоевского и Толстого имели локальное действие. Временное. Их было достаточно, чтобы восстановиться, но едва это происходило, как вселенская боль вновь фокусировалась на обновленной душе - и все начиналось сначала.

И тогда писатель понимал: нужно не себя лечить - нужно общество лечить. И снова отправлялся к старцам, чтобы получить способ действия уже не для себя - для народа, для родины.

Если следовать логике, если помнить о специфике задач, с которыми работали старцы, - можно утверждать, что писатель ехал навстречу разочарованию. Разочарованию в старцах. Ведь вопросы, с которыми он явился к ним в первый раз, сводились к врачеванию души - предмета естественного, мыслящей материи природы. А теперь он хотел врачевать общество - искусственное образование, построенное на договоре; проще говоря - на всеобщем компромиссе, смягчающем деформацию природы человека. Этот материал, как все неестественное, был чужд старцам. И дело тут не в компетенции. Просто экономические законы, за трактовкой которых теперь к ним явились, описывают жизнь не самой природы, а природы вторичной - природы человеческого общества. Истина, от которой брали старцы, не годилась для этих задач, потому что была совсем из иного материала. Ею нельзя было восстановить эту целостность.

Повторяем: если следовать логике, разочарование в старцах было неминуемо. Но его не случилось. Ни у кого. Ни разу.

Так что же там происходило?

Полагаем - сократовские беседы (маевтика).

Напомним, как работал Сократ. Он сразу знал истину и ставил собеседника в такие ситуации, чтобы тот осознавал свое заблуждение и двигался к истине самостоятельно. Истина была конечным продуктом; промежуточным - укрепившаяся культура мышления.

Это универсальный прием, и вряд ли старцы выдумывали нечто особенное. Ведь простота - один из краеугольных камней триады (простота, ясность, точность), которой мудрец неизменно следует.

Если при первой встрече старцы называли Истину в виде способа действия, который должен был излечить больную душу, то при повторной это было невозможно: ведь Истина - одна! И повтор ее так же скучен старцу, как и страждущему. Значит, мудрец должен применить такое действие, которое изменяется во времени - саморазвивается в сторону Истины, - следовательно, ему никогда не грозит опасность повториться.

Это действие - культура мышления.

Значит, не имея возможности помочь непосредственно Истиной, старцы предоставляли Гоголю, Достоевскому, Толстому свою культуру мышления, пользуясь которой те избавлялись от заблуждений.

Вывод: гений - это всего лишь промежуточное состояние человека на пути к вершине, на которой стоит мудрец.

Теперь можно и признаться, почему, вдруг прервав описание технологии творчества, мы рассказали вам о мудреце.

Человек не может долго идти во мраке тоннеля, если не видит свет в его конце. Огромные энергетические потери на ожидание - непомерная плата за эту дешевую интригу. К тому же у нас появилось опасение, что кое-кто может принять нас за новоявленных Данко. Мол, ведут - лишь бы вести, а куда - и сами не знают.

Так вот теперь вы убедились, что маршрут нам известен точно. Мы с вами стартовали от подножия горы - с уровня раба; на вершине - мудрец. Мы вовсе не агитируем вас подняться на самый верх - это мало кому по силам; да и по вкусу - лишь с определенного возраста; ведь не случайно же - за редчайшим исключением - мудрецами становились лишь к старости. Но вы должны знать, что вершина - доступна; что только на этой вершине человек обретает полную свободу; что только здесь покой и счастье становятся синонимами. (Надеемся, вы понимаете, что речь идет только о душевном покое).

Напомним ступени, по которым поднимался наш герой, выдираясь из рабства.

На уровне эмоций он был рабом ситуаций.

На уровне чувств - рабом гармоний.

На уровне интуиции - рабом природы.

И только на вершине он вырывается из рабства, становится свободным. Он живет по законам природы. Между ними нет трения. И счастье - обязательный эмоциональный фон работающей культуры мышления - его постоянное состояние.

Таков диапазон: на одном полюсе раб - говорящее орудие, на другом - мудрец - говорящая природа.

Пора возвратиться к технологии творчества.

Изучая работу учителя, врача и хлебороба, мы узнали, что

1) творческий процесс самопроизволен (талант не может не творить);

2) задача сама, находит талантливого человека;

3) талант решает задачу только оригинально.

Мы обещали раскрывать технологию творчества через работу папаши Карло. Сейчас удобный случай, чтобы проиллюстрировать эти - уже усвоенные вами - принципы.

1) Мы утверждаем, что и до истории с Буратино папаша Карло действовал как одаренный человек. У нас нет фактов - но они и не нужны. Ведь первую же ситуацию, возникающую на страницах книги, он решает не как ремесленник, а как созидатель. Иначе и не могло быть: если ЭПК в норме - талант не может не творить.

2) Надеемся, вы еще не забыли, что талантливый человек не ищет задач, они сами слетаются к нему. Если задачка так себе - от нее нетрудно отмахнуться либо решить походя - даже и не заметив этого. Но задача, таящая совершенную гармонию, требовательна необычайно. Она вцепляется в талант мертвой хваткой. Или больно бьет в лоб - как наше полено.

3) Талантлив человек или нет - критерий один: его работа. Если задача решена оригинально - это сделал талант. Что же позволяет утверждать, что папаша Карло был талантлив?

Нос Буратино.

Вырезать из полена деревянную куклу способен любой. Лучше, хуже - не в этом дело. Но у ремесленника это будет просто деревянная кукла - даже если она изумительно качественно сделана. Буратино, как известно, был исполнен примитивно. В чем же проявился талант папаши Карло?

В том, что он - поверив писку полена - не стал укорачивать страшненький, длинный нос Буратино.

Особое внимание обращаем на приоритеты: не папаша Карло придумал этот длинный нос; нос уже был, он являлся частью скрытой гармонии (вероятно, она имела форму торчащего сучка); и талант понадобился именно для того, чтобы эту гармонию не загубить. Напомним и напрашивающийся вывод: оригинальность - не в таланте; оригинальность - в материале задачи; талант только выявляет ее.

Это удобный случай, чтобы определить, где работала матрица папаши Карло, а где - его культура мышления.

Напомним: матрица - это инструмент, который позволяет решать задачи, не думая. Значит, папаша Карло работал ею, пока дело не дошло до носа. Нос Буратино - новая для старого шарманщика задача; прежней матрицы здесь уже недостаточно; нужно привести ее к общему знаменателю с новой задачей. Это и будет работа для культуры мышления.

Нос Буратино - что это: уродство или новая гармония? Чтобы в этом разобраться, нужно сперва понять в чем смысл и сущность гармонии.

Обычно гармонию представляют как нечто правильное, соразмерное, уравновешенное. Например, куб. Гармоничен? - еще бы. Или шар. Или пирамида.

(Мы специально начали с самой простенькой целостности - геометрической. Это необходимо, чтоб мы с вами нашли общий язык, чтоб вы нас с первых же шагов понимали.)

Но что вам от этих гармоний? Да ничего. Вы называете: куб, шар, пирамида - и вашего энергопотенциала, сколько б вы на них ни глядели, не прибудет. Даже растеряете, пожалуй: ведь скука (после тяжелых болезней и дистрессов, которые неоспоримо делят 1 - 2 места) - самый ненасытный энергетический вампир.

Каким же образом потребители добывают из гармоний энергопотенциал? У них что, есть специальный код?

Начнем с того, что из куба и шара потребитель тоже ничего не извлечет. Потому что энергия - в них заложенная ничтожна. (Она - в информации: это - геометрическая фигура.) А от меньшего к большему энергия не потечет. Следовательно, дело не только в форме гармонии, но и в ее содержании, в ее энергетическом наполнении.

Но даже и с формой не так все просто, как вы полагаете. Потому что правильность это вовсе не обязательно гармония. В гармонии форма выполняет особую, специфическую роль. Она не столько несет информацию, сколько охватывает целостность. (Гармония по-гречески значит "скрепа". Она именно охватывает целостность, потому что обеспечивает ее энергия.)

Определить - гармония или нет - очень просто: истинная гармония подчинена метрическому закону: "золотому сечению" - 0,618. По этой пропорции можно построить параллелепипед (длинная грань - 0,618; короткая - 0,382), но не куб! Значит, и куб, и шар были вовсе не гармоничны; они были правильными - и только. А когда мы в самом начале рассуждения назвали их гармониями, это был известный дидактический прием движения от стереотипа к мысли, от ложного - к истинному. Надеемся, вы уже простили нам этот маленький трюк.

Не правда ли, напрашивается разгадка технологии потребителей? Они свой эталон, свою гармонию примеряют к предметам и явлениям окружающего мира, и там, где попадают на "золотое сечение", - присасываются...

По форме - правильно, по сути - нет. Второй раз подряд одна и та же ошибка.

Потому что в этой процедуре учтена только информационная функция гармонии. А ведь есть еще и энергетическая! Именно то, из-за чего потребитель рыщет в поисках гармоний. Значит, ему нужны не просто гармонии, а только те из них, к энергопотенциалу которых он может присосаться.

Понять это легко на примере модулора. Его создатель - великий Корбюзье - вычислил пропорции человеческого тела с изумительной точностью и вылепил (точнее - построил) по ним статую. Математическое совершенство, но ее эстетическая ценность - близка нулю. Почему? Потому что модулор нес только информацию; энергии он был лишен. Станет ли на него смотреть потребитель? Никогда! Потому что модулор - это задача; прежде чем дать ответ - он должен энергетически сравняться с тем, кто ее решает. А потребителю такие подвиги не по вкусу. Да и не по плечу.

В чем же отличие динамичного, но энергетически пустого модулора от, скажем, статичного, но энергетически бездонного микеланджеловского Давида, перед которым потребитель готов сидеть хотя бы и часами?

В модулора были заложены только знания, в Давида - вся ЭПК его создателя, или - как принято говорить - вся его жизнь.

Смысл, который пытался выразить своей работой Микеланджело, потребовал от него огромной энергии. И вся она - благодаря гармонии - оказалась сосредоточенной в фигуре Давида, как в вечном аккумуляторе.

Создатель вкладывает в свою работу все, что он способен вложить. Потребитель может взять от нее лишь то, что ему по силам унести.

- 76 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _