Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Эрих Нойманн - Глубинная психология и новая этика. Человек мистический.

- 21 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Отныне эго утрачивает способность к выполнению своего долга по отношению к Самости посредством простой самоориентации в свете установленных ценностей. Теперь необходимо постоянно проявлять самообладание и анализировать свои побуждения и поступки. По общему признанию, эту функцию выполняет эго. Как уже отмечалось. этический долг выполняет сознательная психика. При этом анализ совести не ограничивается исследованием мотивов и содержаний сознательной психики. Теперь исследование распространяется на всю структуру личности, в том числе и на сферу бессознательного.

Основной феномен, на который эго может опереться при выполнении упомянутой задачи, представляет психическая компенсация. Отсюда следует, что между бессознательным и сознательной психикой существует такая взаимосвязь, что отсутствующие в сознательной системе и необходимые для обеспечения всеобщности или целостности содержания будут более ярко проявляться в сфере бессознательного. Действие закона компенсации, в частности, проявляется в том, что неправильная установка сознательной психики корректируется в ночном сновидении. Еще один пример действия закона компенсации: подавленный в сознательной жизни, но чрезвычайно важный для жизни в целом принцип - инстинкт или иное содержание-требует к себе внимания, проявляясь в форме фантазии, сновидения, оговорки или патологического расстройства.

Компенсация служит непосредственным выражением целостности, а следовательно, и Самости. Она не затрагивает в одностороннем порядке такие частные структуры, как сознательная психика или бессознательное. Напротив, в данном контексте целостность психики утверждает свое главенство над произвольными отклонениями частных систем.

Аналогичные примеры руководства из центра целостности можно обнаружить во всей сфере органического. Взаимодействие между частными подсистемами в первую очередь обеспечивается действием компенсаторных гомео-статических феноменов. Уделяя внимание принципу компенсации в психической сфере, сознательная психика не только наблюдает за его проявлениями, но и реагирует на эти проявления; поэтому она отражает реальную ориентацию эго по отношению к Самости. В процессе самоанализа центр тяжести личности постепенно перемешается от эго и сознательной психики к Самости и феномену целостности психики.

Теперь становится очевидной логика нашего утверждения о том, что тенденция развития, соотносящего этику с психикой в качестве единого целого, приводит к стабильности личности. Опасность нестабильности, обусловленной отделением теневой стороны с вытекающими отсюда катастрофическими последствиями, устраняется при условии, что тень и бессознательное остаются под контролем сознательной психики, и это обеспечивает их связь с сознанием и реальной жизнью. Таким образом, учитывая компенсаторные явления и ориентируясь на Самость и целостность, процесс интеграции приводит к формированию личностной структуры, способной сохранить свою целостность в условиях конфликта между противоположностями и преобладания одной стороны над другой.

Срединный путь, по которому теперь развивается личность, свободен от односторонности догматической, безусловной оценки, которая раньше навязывалась частным системам. Этот путь свободен и от односторонних альтернатив чисто рационалистической сознательной установки и неподвижной идеологии иррационализма. На этом пути личность освобождается от губительной идеологии, при которой любая односторонняя установка непрестанно и энергично замещается своей, в равной мере односторонней противоположностью.

Свободу от противоположностей и "срединный путь" ни в коем случае нельзя путать с их знаменитыми предшественниками на Востоке. Наш срединный путь имеет некоторые общие черты со своим восточным двойником, к числу которых относятся этическая автономия и частичная независимость мира, который предоставляет такую автономию. Однако, в отличие от враждебного отношения к миру, столь характерного для восточной духовности, новый путь ориентируется на укрепление и углубление нашего "бытия-в-мире", что обеспечивает центрирование в Самости и включение бессознательных элементов в структуру личности. На практике ассимиляция бессознательных элементов почти не оставляет места для сублимации. Наряду с реализацией отрицательных содержаний под сознательным контролем основную и решающую роль играет трансформация таких содержаний в личности.

Трансформация отрицательного была основной психологической проблемой алхимии. Юнг показал*, что алхимики сами рассматривали превращение свинца, самого неблагородного металла, в золото, самый благородный металл, как психический процесс.

Эту проблему можно обнаружить в аналогичной, хотя и иной форме в каббале и хасидизме, движении за религиозное возрождение, которое более полтора века назад получило массовое распространение среди евреев в Восточной Европе. Такие высказывания, как "самые благочестивые побуждения можно обнаружить на самом низком уровне" и "доброта таится во мраке" имеют непосредственное отношение к процессу трансформации. Сюда же относится и толкование заповеди: "возлюби Бога своего всем своим сердцем" как: "возлюби Бога своего всеми своими добрыми и злыми инстинктами".

В полной мере смысл этой концепции понимали лишь немногие вожди хасидизма. Для иудаизма в целом она оставалась непонятной. Наиболее ясно ее смысл выражен в следующей интерпретации. В тексте "люби ближнего твоего как самого себя. Я Господь"** древнееврейское слово, переведенное как "ближнего твоего", заменено словом, означающим "зло твое". Оба слова имеют одинаковое звучание, но различное написание. Тогда текст необходимо читать следующим образом: "Люби зло твое как самого себя. Я Господь". Интерпретировать этот текст надо так: "Если ты будешь так делать, то и Я, Господь буду делать так". Иными словами: "Если ты любишь зло твое, той Я люблю его!"***

Мы не будем описывать, каким образом в личности происходит трансформация зла и отрицательного.

* К. Г. Юнг Тайна Золотого Цветка // К. Г. Юнг. О психологии восточных религий и философий. М.. 1994; К. Г. Юнг. Психология и алхимия. Рефлбук . 1998. ";Левит . 19:18. ***Torat Rabbi Nachmann. p. 73 (S. A. Horodetsky).

Такая трансформация входит в состав процесса индивидуации, п котором даже у современного человека обычно фигурируют алхимические символы, которые свидетельствуют о трансформативном характере переживаний. Трансформация, при которой личность претерпевает изменение с помощью варки и плавления, нередко связывается с символом возрождения и по существу всегда является процессом "обретения целостности".

В таком случае ценности новой этики можно сформулировать следующим образом: все, что приводит к целостности, есть "добро"; все. что приводит к разделению, есть "зло". Интеграция есть благо, дезинтеграция есть зло. Жизнь, конструктивные тенденции и интеграция стоят на стороне добра; смерть, разделение и дезинтеграция стоят на стороне зла. В то же время современный человек знает о нерасторжимой взаимозависимости этих двух принципов. Однако, хорошо взвесив все обстоятельства, мы не можем утверждать, что процессы интеграции преобладают. Это утверждение справедливо не только для живой души, но и для всей живой материи. Теперь наша этическая оценка не ограничивается рассмотрением содержаний, качеств и действий как "объектов" и функционально распространяется на все целое. Все, что способствует интеграции целостности, центрирующейся на Самости, есть "благо", независимо от природы такого вспомогательного фактора. И наоборот, все, что приводит к дезинтеграции, есть "зло", даже если таким движущим фактором является "благое побуждение", "коллективно одобренные ценности" или иное "в существе своем благое" побуждение.

Включение отрицательного в процесс интеграции служит критерием не только силы, но и этического достижения. Это утверждение сохраняет силу даже в тех случаях, когда "достижение" выражается в форме страдания и неудачи или проявляется в виде реальной неудачи. Страдание - признание и ассимиляция страдания - также отражает достижение и психологическую стойкость индивида. Нет нужды говорить о том, что не мы ищем зло, а зло само приходит к нам. При ассимиляции, однако, пришедшее к нам зло включается в целостность личности без стирания необходимого противопоставления "добра" и "зла". Живая целостность существует за счет напряжения между парами противоположностей, которые объединются в ней, чтобы создать единство более высокого порядка, независимо от природы этих противоположностей: добро и зло, мужское и женское, рациональное и иррациональное.

Целостность в единстве сознательного и бессознательного объединяет в своем развитии как низшие, так и высшие силы. С опасностью разделения необходимо бороться независимо от того, какие силы одерживают победу: духовные, божественные или инстинктивные, земные. Преодоление ограниченности природы, обусловленной психологическим типом или полом, служит идеалом новой этики, в которой современный человек искренне стремится положить конец отрицанию реальности мира в своих ценностных суждениях и, вместо этого, примириться с миром и включить его в высший, личностный синтез.

Поэтому одним из основных символов процесса индивидуации является мандала или священный круг. В этом символе психическое достигает совершенства формы. Например, очертания сферы или цветка отражают округлость души, пребывающей в согласии с собой, в которой четверица психических функций, полярность мужского и женского и унаследованные парциальные личности бессознательного со всем многообразием их противоположностей интегрируются в единую структуру.

С одной точки зрения, новая этика представляет собой индивидуальную этику, этику индивидуации. Она формулирует уникальную задачу каждого индивида (уникальную потому, что она проистекает из уникальности его констелляции), который должен решать свои конкретные моральные проблемы по мере их появления из недр его психофизической структуры и судьбы. Но существует еще одна. не менее важная особенность новой этики, которая заключается в коллективной значимости индивидуации, обусловленной этой этикой. Как уже отмечалось, сказанное о стабилизации психической структуры имеет существенное значение и для коллектива.

Мы охарактеризовали констелляцию старой этики как "морально вредную" потому, что в этой этике индивид не признает отрицательное, не ассимилирует его, не трансформирует, не изживает и не переживает в страданиях. Вместо этого в старой этике отрицательное отбрасывается и отделяется от сознательной психики, в результате чего отрицательное перемещается в первобытные области групповой психики, где и вызывает обострение психических расстройств.

С другой стороны, найдя свой центр и достигнув этической независимости, как ее понимает общая этика, личность со своей стабилизированной структурой и более глубоким пониманием становится оплотом и местом объединения коллектива. Такая личность олицетворяет спокойствие среди потока явлений, и волны коллективизма и массовой психики тщетно пытаются разрушить ее извне и изнутри. Эти волны уносят лишь те личности, которые сформировались в пределах частичных этических систем, поскольку они не опираются на бессознательное. Над ними тяготеет бремя массовых событий, которые происходят вокруг них и в них самих, принимая чуждый облик тирании, что в настоящее время приняло повсеместный характер.

- 21 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _