Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Эрих Нойманн - Глубинная психология и новая этика. Человек мистический.

- 12 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Усиление раскола между сознательной психикой массовой личности и ее вытесненной, теневой стороной приводит к повышению прочности персоны и сокрытию различий между реальными достижениями и требованиями старой этики, которые в XIX веке, и особенно в эпоху королевы Виктории, приобрели печальную известность в форме лицемерия и двуличности.

При значительном увеличении разрыва между природой и требованиями элиты становится нереальным даже псевдорешение этической проблемы в форме сознательной идентификации с коллективными ценностями.

За последние несколько столетий существенно увеличилось число людей, которых постигла печальная участь. Психологически состав этих людей несовместим с элитарной этикой, потому что они обладают психологией, нормальной для предыдущих столетий, тогда как уровень их сознания не соответствует исторической эпохе, в которую им пришлось жить.

Такие случаи атавизма представляют лишь крайние примеры неравномерности развития, характерной для современной личности. Атавизм проявляется по-разному:

например, человек живет как техник в настоящем времени, как философ в эпоху Просвещения, как верующий в эпоху Средневековья и как воин в эпоху античности, причем, все эти частные установки в том, каким образом и где они вступают в противоречие друг с другом, самими их носителями абсолютно не осознаются.

На этом этапе рассуждении необходимо рассмотреть ошибочную идею равенства людей так, как она представляется с психологической точки зрения. В то же время необходимо оградить от всех возможных превратных толкований зерно истины, скрытой в этой ошибочной идее. Мы только теперь начали понимать, что декларируемая идентичность человеческой природы уходит корнями в глубины коллективного бессознательного.

Коллективное бессознательное представляет собой "осадок" всех идентичных, первичных реакций человека как разумного существа. Благодаря коллективному бессознательному человек становится человеком и отличается от всех других видов животных. Непрерывная идентичность первичных реакций человека, проявляющихся в инстинктах и архетипах, является коррелятом структуры его психофизической системы с характерным для нее напряжением между противоположными полюсами вегетативной и церебральной нервной системы, между "животной душой" и "разумной душой".

В то же время, в отличие от упомянутой идентичности структур, существующей на самом глубоком уровне, на уровне сознательной психики можно обнаружить замечательное структурное неравенство. Это неравенство можно наблюдать не только между различными расами (например, между негроидной и основными белыми расами и народами), но и между племенами, семьями и индивидами.

Действительно, существует широкий спектр структурных различий в одаренности и способности к развитию вообще и к развитию сознания, в частности. Наследственность и обучение, коллективные влияния и личностный темперамент переплетаются в сложной игре сходства и противоположности. И тем не менее во избежание неправильного истолкования, следует признать, что (особенно в эпоху социальной несправедливости) принцип равенства людей действительно позволяет индивиду заявить право на личностное развитие и потребовать устранить раз и навсегда препятствия, поставленные несправедливыми внешними обстоятельствами на пути этого развития.

Разумеется, более справедливый общественный строй, основанный на равенстве людей, обеспечил бы возможность возникновения большего числа элит на основе широких масс человечества. Но это вовсе не опровергает наше утверждение, что люди в действительности не равны, и современная "повторная коллективизация" лишь углубляет разрыв между элитой и возрастающим числом людей, неспособных выполнить требования элиты и вступающих в ними в конфликт.

Завышенные требования, предъявляемые элитой к коллективу, и обусловленная этими требованиями блокировка вытесненной теневой стороны в бессознательном составляют новую, весьма современную этическую проблему. Фактически мы являемся свидетелями зарождения этики, которая не рассматривает этическую установку и решения, принимаемые индивидом, в отдельности друг от друга и поэтому не только оценивает установку в сочетании с решениями индивида, но и учитывает воздействие этого сочетания на коллектив, а также включает ситуацию бессознательного в общую моральную оценку.

При рассмотрении новой коллективной этики мы, разумеется, не понимаем под этим термином регрессивные тенденции, которые в настоящее время стали заметны, восстанавливают коллективную этику первобытной личности и стремятся уничтожить личную ответственность. Напротив, мы предполагаем, что прогрессивное этическое развитие индивида должно также учитывать воздействие этической установки индивида на коллектив.

Рядом с "ответственностью перед богом", которая вынуждает индивида сосредоточить внимание только на "Голосе", должна помещаться "ответственность перед обществом". Теперь эта ответственность не ограничивается, как в прежнее время, задачей превращения с помощью законодательного акта этики Голоса, обязательной для индивида, в общую этику. Обобщая свою установку, он должен брать на себя ответственность за воздействие этой установки на других людей, которые нередко стоят на более низком интеллектуальном, психическом и этическом уровне, чем он.

Таким образом, мы имеем дело с этикой релятивист-ско-иерархического типа, которая оценивает по достоинству дальнейшую индивидуализацию современного человека и его очевидную тенденцию к типовым вариациям. Задача такой этики заключается в том, чтобы избежать психического раскола, характерного для старой этики, и тем самым устранить основную причину многих психических заболеваний и патологий; при этом достигается еще одна цель-устранение одной из основных причин массовых проявлений теневой стороны человеческой природы.

В настоящее время появляются и приобретают зримые очертания многие предпосылки и особенности новой этики, хотя в целом картина еще далека от завершения. Тем не менее, прежде чем обратиться к рассмотрению этого предмета, мы кратко повторим наши выводы относительно старой этики.

С психологической точки зрения, старая этика представляет собой частную этику. Это этика сознательной установки. Поэтому она не учитывает и не оценивает тенденции и воздействия бессознательного. Типичный пример такой этики можно найти в трактате Блаженного Августина, в котором Августин благодарит Бога за то. что он (святой) не несет перед ним ответственности за свои сны.

Старая этика требует подавления и жертвы и в принципе допускает вытеснение. Другими словами, она не учитывает состояние психики или всей личности, ограничиваясь этической установкой сознательной психики, частной системой в рамках личности. В коллективе она предписывает нереальные нормы поведения, ориентированные исключительно на деятельность эго и сознательной психики. Это опасная иллюзия, так как в социальной жизни группы и коллектива она приводит к негативным компенсаторным явлениям, в которых реализуется вытесненная, подавленная теневая сторона психического. В жизни общества она принимает форму психологии козла отпущения. В международных отношениях она обнаруживает себя в виде широкомасштабных проявлений атавистических массовых реакций, которые принято называть войнами.

Старая этика доказала свою несостоятельность в решении актуальной проблемы нравственности современного человека. Кроме того, она поставила современного человека перед лицом еще одной опасности, которую таит в себе тенденция к психическому расколу, обусловленная дуалистической концепцией мира и ценностей.

Частная этика представляет собой индивидуалистический тип этики, потому что она не признает ответственности за бессознательные реакции группы или коллектива. В этом заключается неадекватность старой этики. Она не учитывает компенсаторные отношения между сознательным и бессознательным, которые являются основной причиной современного кризиса в социальной сфере и в сущности составляют центральную этическую проблему нашего времени.

Этические требования принятия ответственности даже за бессознательные процессы проистекают из проблематичности психологической ситуации современного человека как индивида. Особую остроту приобретает эта проблема на уровне коллектива, потому что никакая элита не в силах навязать народным массам свою этику так, чтобы не навлечь на себя бедствия, вызванные таким навязыванием.

Процесс "повторной коллективизации" и ее противоположность - индивидуализация привели современного человека к существенным проблемам на этическом уровне, которые, в свою очередь, вызвали настолько резкое повышение психического напряжения в индивиде и коллективе, что в целом ситуация потребовала для своего разрешения нового развития и новой этики.

НОВАЯ ЭТИКА

В этой главе мы рассмотрим проблематическую ситуацию и моральный кризис индивида, чтобы понять процессы, знаменующие переход к новой этике на уровне личности. Необходимо возвратиться к отношениям между коллективным и индивидуальным, на которых мы остановились в начале книги, и связи между проблемами коллектива и судьбой индивидов, в которых нашли отражение эти проблемы.

Конфликт или болезнь, которая побуждает современного человека приступить к изучению глубинной психологии, очень редко бывает такой, чтобы простая коррекция сознательной установки или перекомпоновка данного материала в соответствии с новой структурной моделью позволила найти некоторое решение. В большинстве случаев необходимо обнажить для сознания те уровни личности, которые прежде находились за пределами восприятия сознания и поэтому назывались "бессознательными".

В прежнее время такой кризис воспринимался как угроза спасению души. Например, совершение тяжкого греха имело настолько важное значение для сознания человека, что ставило под угрозу все его существование, его "душу" и внутреннюю опору его жизни. С другой стороны, современный человек воспринимает свою ситуацию лишь как кризис, затронувший его сознательную психику и эго. Конфликт рассматривается как некоторое расстройство, крушение надежд, неспособность справиться с конкретной ситуацией или важной проблемой: при этом человек почти никогда не сознает, что его жизни угрожает опасность. В большинстве случаев он чувствует, что поставлена под сомнение целостность его эго и поэтому энергично защищается от осознания всей масштабности своей реальной проблемы.

Обращение к глубинной психологии, которая прослеживает путь между данной ситуацией и ее истоками в глубинах личности, всегда и неизбежно приводит к серьезной дестабилизации эго и мира сознания. Все объясняется просто: в глубинной психологии мир сознания встречается со всей совокупностью личностного и безграничной сферой бессознательного.*

Почти всегда можно ожидать, что странствие в мире глубинной психологии начнется с серьезного потрясения в мире ценностей человека. Причем, независимо от того, приступает он к глубинной психологии, руководствуясь опытом, который показал несопоставимость его мировоззрения, морального кодекса и образа жизни с масштабом стоящих перед ним проблем, или же неадекватность его прежней ориентации обнаруживается лишь в процессе анализа.

- 12 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _