Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Курпатов Андрей - С неврозом по жизни.

- 37 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Итак, обе обезьяны находились в сходных условиях, поскольку получали они одинаковое количество ударов электрическим током. Различие состояло только в том, что одна испытывала чувство ответственности за свою судьбу (ну и, в каком-то смысле, судьбу своей напарницы), а другая никакой ответственности не несла - на отключение тока она повлиять не могла.

Эксперимент продолжался следующим образом: шесть часов продолжалась "токовая серия", после чего следовал шестичасовой перерыв, во время которого животные не подвергались ударам тока. В период, когда применялся ток, горела красная лампочка, что быстро уяснила "ответственная" обезьяна. Так что если лампочка не горела, то на рычаг она не нажимала, а в тот период, когда эта лампочка была включена, она нажимала на рычаг каждые 15 - 20 секунд, надеясь таким образом предотвратить экзекуцию.

Через 23 дня непрерывного исследования одна из обезьян умерла. Догадываетесь, какая из двух? Разумеется, та, которая находилась в постоянном стрессе "ответственности", на вскрытии же обнаружилось, что смерть последовала вследствие язвенной болезни двенадцатиперстной кишки. Вторую обезьяну экспериментаторы тоже умертвили и исследовали. Что же выяснилось? Выяснилось буквально следующее: желудочно-кишечный тракт этой второй ("безответственной") обезьяны был здоров, как у здорового младенца, - без намека на какой-либо гастрит или язву!

Страх во всех видах является, безусловно, важнейшим фактором, подрывающим здоровье современного человека, вызывающим у него повышенное артериальное давление, сморщивание почек, ранние инфаркты и другие столь же прекрасные переживания. - Конрад Лоренц

Исследователи на этом не успокоились и провели повторный эксперимент. И в этом случае результаты были точно такими же, с той лишь разницей, что у первой ("ответственной") обезьяны теперь развилась еще и язва желудка. Вторая ("безответственная") обезьяна и на этот раз была принесена в жертву науке в добром здравии, лишь в целях сравнения: на вскрытии у нее не было обнаружено никаких признаков телесного недуга! Но и это еще не все: исследователи начали мучить крыс подобными же опытами, и точно так же, в условиях угрозы, у крыс возникала язвенная болезнь желудка!

Короче говоря, чувство тревоги, каким бы оно ни было - то ли связанное с исключительным чувством ответственности, то ли с непосредственным стрессом при воздействии тех или иных угроз, - с неизбежностью приводит к развитию гастритов, дуоденитов и язв как желудка, так и двенадцатиперстной кишки.

Можно ли вылечить эти состояния, используя лишь таблетки и другие лечебные жидкости, наподобие обволакивающих средств? Вряд ли. А считать эти болезни неврозом организма? Это - пожалуйста! Так или иначе, язвенники - это обычные невротики, невроз которых, впрочем, проявляется весьма своеобразно.

История "стресса".

Немногим, наверное, известно, что понятие стресса, который мы рассматриваем теперь только как "психологический стресс", было введено в научный обиход, чтобы обозначить именно телесные изменения, которые возникают в организме при неблагоприятных воздействиях - больших нагрузках или угрозе.

Автором теории стресса был Ганс Селье, который обнаружил, что если подвергать стрессу животное, то в желудке у этого существа быстро образуются язвочки, а его иммунная система, ответственная за защиту организма от разнообразных инфекций, быстро летит в тартарары.

Основным механизмом, приводящим к данным изменениям, оказался механизм выработки "гормона тревоги" - хорошо всем известного адреналина. Именно он активно выделяется организмом в момент действия стресса и приводит ко всем характерным изменениям - страданию желудочно-кишечного тракта, иммунной недостаточности и прочим телесным недугам.

Г. Селье опубликовал свою первую работу о стрессе в 1936 году, однако еще в 1914 г. блистательный американский физиолог Уолтер Кеннон (бывший одним из основоположников учения о мобилизации функций организма, борющегося за существование) описал физиологические аспекты стресса. Именно У. Кеннон определил роль адреналина в реакциях стресса, назвав его "гормоном нападения и бегства".

На одном из своих докладов У. Кеннон сообщил, что благодаря мобилизационному эффекту, который оказывает адреналин в условиях сильных эмоций, в крови увеличивается количество сахара, поступающего таким образом к мышцам. На следующий день после этого выступления У. Кеннона газеты пестрели заголовками: "Разгневанные мужчины становятся слаще!".

Интересно, что уже в 1916 г. между И. П. Павловым и У. Кенноном завязалась переписка, а потом - и многолетняя дружба, которая, надо думать, оказала значительное влияние на дальнейшее развитие научных представлений обоих исследователей.

Депрессия под "маской".

Впрочем, есть еще один очень примечательный случай "болезни от нервов" - это депрессия, спрятавшаяся за маской какого-нибудь телесного недомогания. У больного гипертонией непрофессиональный взгляд не заметит повышенной раздражительности, у больного с язвенной болезнью желудка он не заметит и страха, скрывающегося за повышенной ответственностью и радением за дело. У пациента с "маскированной депрессией" только психотерапевт увидит саму депрессию, больной же всегда уверен в том, что у него не психическая проблема, вызванная недостатком серотонина - "гормона радости", как его называют, - а телесное заболевание.

Осознание своей болезни и готовность лечиться есть уже начало излечения. - М. Сервантес

Эти пациенты предъявляют самые разнообразные жалобы, которые заставляют врачей думать то о том, то о другом телесном недуге. Впрочем, жалобы пациентов с "маскированной депрессией", как правило, не укладываются в рамки ни одного из возможных телесных заболеваний, не обнаруживаются при обследовании пациента и объективные данные, способные объяснить его симптомы.

Этих пациентов часто мучают странные боли - какое-то "крайне тягостное", "мучительное", "изнуряющее", "выматывающее" "жжение", "зудение", "выкручивание", "сдавливание", "щекотание". Эти ощущения могут быть "звенящими", "рвущимися", "скоблящими", "ерзающими" и т. п. Загадочной выглядит и локализация этих ощущений: они никак не соответствуют местоположению определенных, способных болеть органов. Они могут находиться, например, на "внутренней стороне щек", в "середине прямой кишки", "в ногтевых фалангах", "под кожей затылка" и т. д. Боли эти не исчезают после приема анальгетиков и появляются, когда им вздумается, без определенной, характерной для "нормальных" болезней динамики.

Иногда у таких пациентов, особенно в запущенных случаях, проступают, наконец, и типичные симптомы депрессии: нарушения сна, тяжелее больными переносится первая половина дня, отмечается некоторая заторможенность, снижается либидо, возникают ощущения "упадка сил", чувства тоски, уныния, подавленности, которые, впрочем, рассматриваются этими больными как "естественная реакция" на соматическое страдание и на безрезультатность его лечения и т. п. Наконец, у пациентов постепенно возникает желание покончить с собой.

Врачи используют самые разнообразные способы помочь таким пациентам, но все попытки оказываются тщетными до тех пор, пока врачу не приходит в голову назначить такому больному антидепрессант - препарат, способный повысить количество "гормона радости", т. е. серотонина, в веществе мозга. И тут, о чудо, все симптомы телесного недомогания проходят, словно бы их и не было вовсе! Человек, который зачастую мучается какими-то болезненными состояниями на протяжении пяти, а то и десяти лет, обошел уже десятки врачей, вдруг в считанные дни оказывается совершенно здоров! Как же такое может быть?.

Вы, наверное, знаете, что такое "фантомные боли". Это когда у человека болит, например, правая нога, которой по тем или иным причинам нет, ампутировали ее после травмы или какой-то болезни. Понятное дело, что отсутствующая нога болеть не может, равно как и чесаться или двигаться, но все эти ощущения возникают, что только лишний раз свидетельствует: наша нервная система - кудесник почище самого Дэвида Копперфильда.

Так вот, этот "кудесник" может запрятать депрессию так глубоко, что и с собаками не разыщешь. Вместо тоски и уныния, свойственных депрессии, он предлагает нам мучительные боли в различных частях тела, до неприличия тягостные ощущения жжения, растяжения, покалывания и т. п. Все это способно сбить с толку кого угодно!

Кого угодно, только не замечательных русских ученых. Феномен "маскированной депрессии" открыл в 1927 году профессор Д. Д. Плетнев. Однако исследовать эту проблему в должной мере он не успел, поскольку уже в 1937 году его обвинили в нелепом уголовном преступлении - "убийстве" В. В. Куйбышева и А. М. Горького, - после чего последовала традиционная для этого исторического периода смерть ученого в застенках НКВД. Его труды были изъяты из библиотек, да и само его имя запрещалось упоминать.

Пусты слова того философа, который не врачует никакое страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезней из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезней души. - Эпикур

Впрочем, упавшее было знамя исследования "маскированной депрессии" поднял другой русский ученый - П. К. Анохин, один из лучших учеников И. П. Павлова и А. А. Ухтомского. Здесь, к сожалению, нет места для обстоятельного изложения научного наследия П. К. Анохина, однако один иллюстративный эксперимент многое сможет прояснить.

Трудно представить себе, что наш мозг - самодвижущееся существо, способное буквально на любые фокусы. Нас не сильно удивляет тот факт, что в голове могут "звучать голоса", что "внутренним взором" можно видеть картины мировой трагедии и т. п. Все эти и многие другие экзерсисы психического списываются нами на болезнь (шизофрению), а потому мы думаем, что в этом нет ничего странного. Но все-таки задумываемся: поразительно!

Впрочем, пока дело касается психического, кажется, что можно найти какие-то "логичные" объяснения всем этим несуразностям и справиться с удивлением. Но когда на сцене появляются "физические ощущения", в нас все-таки рождается благородный ропот: "Не может быть!". В подобном случае ничего более не остается, как перейти к экспериментальным данным.

Суть опыта, принадлежащего П. К. Анохину, состояла в следующем. У всех млекопитающих нервная система с помощью соответствующих нервов руководит работой как мышц, так и внутренних органов. П. К. Анохин сделал следующее: он пересек у собаки два нерва - один, который иннервировал лапу, а другой, который иннервировал легкие и желудок. После этого он зашил их обратно, но как бы меняя местами. Теперь нерв, который шел к лапе, оказывался связанным с той зоной мозга, которая отвечала за работу легких и желудка. А тот нерв, который шел к легким и желудку, напротив, сообщался с той частью мозга, которая до сих пор отвечала за работу мышц и чувствительность кожи лапы собаки.

Человек есть, конечно, система (грубее говоря - машина), как и всякая другая в природе, подчиняющаяся неизбежным и единым для всей природы законам; но система, в горизонте нашего современного научного видения, единственная по высочайшему саморегулированию. Во мне остается возможность, а отсюда и обязанность для меня, знать себя и постоянно, пользуясь этим знанием, держать себя на высоте моих средств. - И. П. Павлов

- 37 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _