Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Борхес Хорхе Луис - Книга сновидений.

- 8 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

и горам В страны иные идем, и поля мы пешком

переходим; Слышим мы звук голосов в суровом безмолвии

ночи

И произносим слова, сохраняя, однако, молчанье. Видим мы много еще в этом роде чудесных

явлений,

Словно желающих в нас подорвать все доверие

к чувствам,

Но понапрасну: ведь тут большей частью ведут

к заблужденью Нас измышленья ума, привносимые нами самими,

Видимым то заставляя считать, что чувствам

не видно.

Ибо труднее всего отделить от вещей очевидных Недостоверную вещь, привносимую умственно

нами. <...>

Ну а теперь ты узнай, чем движется дух, и откуда То, что приходит на ум, приходит, ты выслушай

вкратце. Призраки разных вещей, говорю я, во-первых,

витают Многоразличным путем, разлетаясь во всех

направленьях Тонкие; так же легко они в воздухе, встретясь

друг с другом, Сходятся вместе, как нить паутины иль золота

блестки. Дело ведь в том, что их ткань по строенью

значительно тоньше

Образов, бьющих в глаза и у нас вызывающих Ибо, нам в тело они проникая чрез поры,

тревожат Тонкую сущность души и приводят в движение

чувство. Так появляются нам и Кентавры и всякие

Скиллы, С Кербером схожие псы, и воочию призраки видны

Тех, кого смерть унесла и чьи кости землею

объяты: Всякого вида везде и повсюду ведь призраки

мчатся, Частью сами собой возникая в пространстве

воздушном,

Частью от разных вещей отделяясь и прочь

отлетая,

И получаясь из образов их, сочетавшихся вместе. Ведь не живым существом порождается образ

Кентавра,

Ибо созданий таких никогда не бывало, конечно; Но, коли образ коня с человеческим как-то

сойдется, Сцепятся тотчас они, как об этом сказали мы

раньше,

Вследствие легкости их и строения тонкого ткани. Так же и прочее все в этом роде всегда возникает. Необычайно легко и с такой быстротой они

мчатся,

Как указал я уже, что любые из образов легких Сразу, ударом одним, сообщают движение духу. Тонок ведь ум наш и сам по себе чрезвычайно

подвижен. Что это так, без труда из дальнейшего ты

убедишься.

Если есть сходство меж тем, что мы видим умом

и глазами,

То и причины того и другого должны быть :.-; подобны. Раз уже я указал, что льва, предположим,

я вижу С помощью призраков, мне в глазах

возбуждающих зренье, Можно понять, что и ум приходит в движение

так же, С помощью призраков льва, да и прочее

все различая,

Как и глаза, но еще он и более тонкое видит. И не иначе наш дух, когда сном распростерты

все члены, Бодрствует, как потому, что его в это время

тревожат Призраки те же, что ум, когда бодрствуем мы,

возбуждают. Ярки настолько они, что, нам кажется, въяве

мы видим Тех, чьею жизнью давно уже смерть и земля

овладели. Из-за того это все допускает природа свершаться, Что в нашем теле тогда все чувства объяты покоем И не способны к тому, чтобы истиной ложь

опровергнуть.

В изнеможении сна к тому же и память слабеет, В спор не вступая с умом, что добычей могилы и смерти

Стали давно уже те, кто живыми во сне ему

снятся.

Не мудрено, наконец, что двигаться призраки

могут, Мерно руками махать да и прочие делать

движенья, Как это часто во сне, нам кажется,

делает образ. Что же? Лишь первый исчез, как сейчас же

в ином положеньи Новый родится за ним, а нам кажется, -

двинулся первый. Скорость, с которой идет эта смена, конечно,

огромна: Столь велика быстрота и столько есть образов

всяких,

Столь необъятен запас частичек в любое мгновенье, Что ощутимо для нас, и хватить его полностью

может.

Много вопросов еще остается и многое надо Выяснить, ежели мы к очевидности полной

стремимся.

Первый вопрос: почему, не успело возникнуть

желанье, Как уж немедленно ум начинает об этом же

думать? Призраки все не следят ли за нашею волей и,

только

Стоит лишь нам захотеть, не является ль тут же

и образ, Море ль на сердце у нас, иль земля, или самое

небо? Сходбищ народных, пиров, торжественных

шествий, сражений

Не порождает ли нам по единому слову природа, Да и к тому же, когда у людей, находящихся

вместе, Дух помышляет совсем о несхожих и разных

предметах? Что же еще нам сказать, когда видим во сне мы,

как мерно

Призраки идут вперед и гибкое двигают тело, Гибкое, ибо легко, изгибаясь, их вертятся руки, И пред глазами у нас они вторят движеньям

ногами? Призраки, видно, сильны в искусстве и очень

толковы,

Если, витая в ночи, они тешиться играми могут? Или верней объяснить это тем, что в едином

мгновенья, Нам ощутимом, скажу: во мгновении, нужном

для звука, Много мгновений лежит, о которых мы разумом

знаем,

И потому-то всегда, в любое мгновенье, любые Призраки в месте любом в наличности и наготове?

Столь велика быстрота и столько есть образов

всяких.

Только лишь первый исчез, как сейчас же в

ином положеньи Новый родится за ним, а нам кажется, -

двинулся первый.

В силу же тонкости их, отчетливо видимы духу Только лишь те, на каких он вниманье свое

остановит; Мимо другие пройдут, к восприятью каких

не готов он.

Приспособляется он и надеется в будущем видеть Все, что случится с любым явленьем: успех

обеспечен. Не замечаешь ли ты, что и глаз наш всегда

напряженно Приспособляется сам к рассмотрению тонких

предметов, И невозможно для нас их отчетливо видеть

иначе? Даже коль дело идет о вещах очевидных,

ты знаешь,

Что без внимания к ним постоянно нам кажется,

будто Каждый предмет удален на большое от нас

расстоянье;

Что же мудреного в том, что и дух упускает из

виду

Все, исключая лишь то, чему сам он всецело

отдался? И, наконец, от примет небольших мы приходим

к огромным

Выводам, сами себя в западню вовлекая обмана. Также бывает порой, что иным, не похожим на

первый, Образ заменится вдруг, и, что женщиной

раньше казалось, Может в объятьях у нас оказаться нежданно

мужчиной, Или сменяются тут друг за другом и лица и

возраст. Сон и забвение нам помогают тому не дивиться.

Тит Лукреций Кар, "О природе вещей", IV

КОШМАР

Король мне снился. Он вставал из мрака

В венце железном, с помертвелым взглядом.

Я лиц таких не видел. Жался рядом

Жестокий меч, как верная собака.

Кто он - норвежец, нортумбриец? Точно

Не знаю - северянин. Бородою

Грудь полускрыта, рыжей и густою,

И безответен взгляд его полночный.

Из зеркала и с корабля какого

Каких морей, что жизнь его качали,

Принес он, поседелый и суровый,

Свое былое и свои печали?

Он грезит мной и смотрит с осужденьем.

Ночь. Он стоит все тем же наважденьем.

Хорхе Луис Борхес

О СНОВИДЕНИЯХ

покуда на ложе Члены объемлет покой и ум без помехи резвится.

Петроний, "Сатирикон", С/У1

Многие писали о сновидениях, обычно рассматривая их как откровение о том, что уже произошло в отдаленных частях света, или как предвестие того, что должно случиться в будущем.

Я же рассмотрю эту тему в ином свете, ибо сновидения дают нам некоторое представление о величайших возможностях человеческой души и указывают на независимость ее от происходящего.

В первую очередь, наши сновидения суть величайшие примеры деятельности, присущей человеческой душе, которую сон не в силах ни уничтожить, ни ослабить. Когда человек устает, утомленный дневными трудами, некая часть его натуры остается деятельной и неутомимой. Когда органы чувств хотят полагающегося им отдыха и восполнения сил, и тело не способно более поспевать за той духовной субстанцией, с которой слито, душа осуществляет себя присущими ей способами и пребывает в таковой деятельности, пока партнер ее вновь не окажется в силах выдерживать ее общество. И пока душа не обременена каждодневной рутиной, спортом и отдыхом, когда во сне она слагает с себя все заботы, сновидения становятся развлечениями и забавами души.

Во-вторых, сновидения суть пример той живости и совершенства, которые присущи способностям разума, освобожденного от тела. Душа скована и медлительна, когда действует сообща со столь тяжелым и неуклюжим компаньоном. Но удивительно, с какой живостью и рвением она проявляет себя в сновидениях. Несовершенство речи создает непреднамеренное многословие или впечатление разговора на едва знакомом языке. Шутки оказываются исполнены мрачности, остроумие - тупости и скуки. Хотя для разума нет действия более болезненного, нежели творчество, во сне оно происходит с такой легкостью, что мы даже не замечаем, как проявляется эта способность. Например, я уверен, что каждому из нас время от времени снится, что он читает газеты, книги или письма, в каковом случае сотворение их происходит так незаметно, что разум обманывается и ошибочно принимает собственные измышления за чужие сочинения.

Говоря об этой способности, я процитирую отрывок из "Religio Medici"("Вероисповедание врачевателя" (лат.) - произведение Томаса Брауна (1605-1681), врача и писателя), в котором многоумный автор дает отчет о том, как сам он проявляет себя в своих сновидениях по сравнению со своими мыслями в состоянии бодрствования.

В наших снах мы становимся больше себя; похоже, сон тела есть не что иное, как бодрствование души. Это скованность чувств, но свобода разума, и наши дневные представления не идут ни в какое сравнение с фантазиями наших снов. Я родился под знаком Скорпиона, в час Сатурна, и, полагаю, во мне есть нечто от этой свинцово-тяжелой планеты. Я отнюдь не шутник, никоим образом не склонен к веселью и резвости в обществе; однако во сне я могу создать целую комедию - я слежу за действием, воспринимаю остроты и, проснувшись, сам смеюсь над собственной самонадеянностью. Будь память так же верна мне, как плодовит в это время мой разум, я бы учился только во сне и тогда же посвящал себя молитвам; но даже самые яркие воспоминания сохраняют так мало от наших отвлеченных озарений, что вся история забывается и превращается в запутанный и искаженный рассказ бодрствующей души. Поэтому порой в час кончины человек говорит и рассуждает, возвысясь над собой, ибо когда душа начинает освобождаться от связей с телом, то вещает от собственного лица, возносясь над бренностью,

Подобным же образом мы можем заметить, в-третьих, что и страсти с большей силой воздействуют на разум, когда мы спим, нежели когда мы бодрствуем. В это время более, чем в какое-либо другое, радость и печаль причиняют нам удовольствие или боль. Так же и молитва, как отметил замечательный вышепроцитированный автор, становится особенно возвышенной и пламенной, если возносится из души тогда, когда тело отдыхает. Об этом свидетельствует опыт каждого человека, хотя, возможно, это происходит по-разному в зависимости от различий в телосложении и складе ума. <...>

- 8 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _