Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Петров Аркадий - Сотворение мира. Том 2. Спаси мир в себе.

- 30 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Показывают родовое древо - очень древнее. (Конечно, все роды одинаково древние, все мы "от Адама и Евы". Просто кто-то знает лишь дедушек-бабушек, а кому-то известна более глубокая родословная. Пациентка именно из таких. А мы ведь смотрим через её сознание.) Но на этом древе лишь два тёмных плода - сама Надежда Анатольевна и её отец. Они последние в роду. Кровь струится по стволу. Почему?

Игорь озвучивает увиденное. Женщина недоумённо глядит на нас. Она ничего не понимает.

В какой-то мере она была готова к тому, что есть люди, которые с помощью ясновидения могут, словно рентгеном, видеть внутренние органы человека и даже как-то влиять на процессы организма. Но на разговор о родовом древе она явно не рассчитывала.

- Мы сейчас поработаем с язвой, - вовремя меняет тему Игорь. - Прислушайтесь к тому, что будет происходить внутри организма.

Он меняет информацию прошлого, в том времени, когда болезнь ещё только начиналась. Совмещаем эту информацию с будущим, где болезни уже нет.

- Быстрее фиксируй, - тороплю я друга.

И он закрепляет в настоящем информацию об отсутствии язвы желудка.

Результат мгновенный. Такого у нас ещё никогда не было.

Пациентка распрямляется на стуле. В глазах у неё изумление и испуг.

- У меня ничего не болит, - ошеломлённо констатирует она.

Прислушивается, словно отыскивая в себе боль, которая терзала её все последние дни. Но боли нет. Она ушла, не возвращается.

Мы сами удивлены результатом. Раньше, чтобы достигнуть подобного, требовались недели, даже месяцы.

Надежда Анатольевна, гримаса боли, с лица которой уже сползла, вдруг неожиданно просит:

- У меня умирает отец. В нашей семье остались только он и я, помогите, пожалуйста, спасите его.

Кажется, она решила, что мы всё можем.

- Спасите отца, я готова отдать за это всё, что угодно. Только спасите отца. Не надо спасать меня - спасите его.

Смотрим снова. Показывают большой двухэтажный дом, огромный сад, невдалеке озеро. В саду, среди плодовых деревьев, расплывается пятно крови. Игорь говорит об увиденном и я уточняю:

У вас есть на родине двухэтажный красивый белый дом, очень большой?

Надежда Анатольевна ещё больше бледнеет, хотя дальше, кажется, уже некуда.

- У нас был такой дом, очень давно. Его отняли в тридцатые годы, - соглашается она. - Сейчас только стены полуразрушенные остались. Крыши нет, Развалины, можно сказать.

- А сад вокруг дома есть?

- Был, очень большой. Яблоневый. Говорят, там клад нашей семьи зарыт. Только я не знаю где.

- А озеро рядом?

- И озеро есть. Очень красивое.

Теперь она ещё больше убеждается в том, что перед ней необычные люди.

- Я вас умоляю, - из глаз её покатились слезы, - спасите моего отца.

- Он не умрёт, - говорит Игорь. - Его смерть через вас идёт. А вы теперь в порядке. Поезжайте на родину, поговорите с ним, постарайтесь понять, что происходит и почему. Болынего сделать мы не можем. Не в нашей это власти.

Мы прощаемся, женщина уходит. Но работа продолжается. Работаем с Мишей-аутистом (об этом мальчике я расказывал в первой книге, "Спаси себя"). Его нет с нами в кабинете, но это не имеет никакого значения. Смотрим его ситуацию. На голову словно натянута сетка. Она тоньше волоса, красного цвета. Эта сетка - информационный план его заболевания. Именно из-за неё частично отмирают нервные окончания, не проходят сигналы управления. Мы пока не знаем, как её убрать. Но каждый раз, когда мы смотрим на Мишу, открываются всё новые подробности, ускользавшие от нашего внимания прежде. В этом есть какая-то закономерность. Только тот, кто делает усилия к постижению, постигает, кто не хочет стоять на месте - получает желаемое. Динамика изучения плавно переходит в динамику излечения. Не сразу, но неотвратимо.

Неожиданно в наш Центр пришёл генеральный директор одного из крупнейших новообразовавшихся издательств России. Его зовут Глеб. Глеб в ужасном состоянии. У него гаснут нейроны мозга. Вряд ли это совпадение: как только мы с Игорем стали изучать работу нейронов, к нам пошли люди именно с подобными заболеваниями. А ведь никакой рекламы не было.

Глеба я знаю давно. Он умён, тактичен, корректен в отношениях. Именно с ним "Худлит" несколько лет назад выпустил собрания сочинений некоторых классиков, тираж которых мгновенно разошёлся. В общем, ровные товарищеские отношения. Поэтому его проблему я воспринял с сочувствием.

Глеб совершенно адекватно осознавал своё нынешнее положение.

- Я лечился в Штатах. Истратил там вагон денег, но единственное, чего добился, - ясности в вопросе. Мне сказали:

это не лечится. И у меня очень мало времени, - лаконично пояснил он. - Я не верю ни в какие экстрасенсорные методы лечения, но про вас рассказывают что-то невероятное. Поэтому у меня просьба: если можете как-то продлить мою жизнь хотя бы на год или полтора - такой результат меня устроит. Мне надо завершить некоторые свои финансовые дела, чтобы я был спокоен за семью.

Глеб говорит ровно, не волнуясь. Видно, для себя он уже сделал необходимый вывод и составил программу жизни на ближайший год.

- Как там, в Америке? - между делом интересуюсь я.

- Большой избирательный тарарам, - отвечает Глеб. - Бьют в барабаны, в фанфары дуют. А у меня отключается башка. Забыл иностранные языки. Я ведь их шесть знал. Не слушается правая рука - даже подпись на документах не могу поставить. Когда шёл по вашему коридору - меня бросало от стены к стене. Так что мне сейчас не до Гора с Бушем.

- Ты думаешь, им лучше? - неожиданно для самого себя спрашиваю Глеба.

- То, что не хуже, могу гарантировать.

- Напрасно, - возражаю я. - С тобой-то всё отладится, а вот Бушу не позавидуешь. Все американские президенты, избранные в годы, последняя цифра в обозначении которых "ноль", то есть под знаком Юпитера и Сатурна, попадали в очень трудное положение. И на государственном уровне, и в личном плане. Жизнь их, как правило, оканчивалась трагически. Так что хорошее начало не гарантирует, что не будет плохого конца.

- Ну, а со мной что? - возвращает из вояжа за океан Глеб.

- Ты слышал когда-нибудь про экстрасенсов-киллеров?

- Вообще очень далёк от подобных тем. Просто по жизни много других забот, не до экзотики.

- Есть некие информационные конструкции, внедрение которых в энергоинформационную матрицу человека

приводит к тому, что совершенно здоровые люди очень быстро превращаются сначала в тяжелобольных, а затем благополучно умирают.

- Ты хочешь сказать, у меня что-то подобное? - спрашивает Глеб и пытливо смотрит в глаза.

- Ты ещё недавно был очень здоровым человеком. Ты молод. Спортивен.

- Да, я занимаюсь спортом - кандидат в мастера.

- И вдруг ни с того ни с сего начинается странная, необъяснимая болезнь. Тебе хоть диагноз поставили?

- В Америке говорили одно, во Франции - другое, в России - третье. Но все едины в констатирующей части

скоро отмучаюсь.

- Раньше это называлось: навести порчу на человека, подтверждает Игорь. - Способов очень много, но то, что

поставили вам, - это очень серьёзно. Люди знакомы с молекулярной генетикой, с генной инженерией. Это работа не доморощенного мага, а специалистов, объединённых в организацию. У них есть лаборатория, средства, научное обеспечение.

- Страшилка какая-то, - пожимает плечами Глеб. По всему видно, он не очень поверил нам.

- Вы получали год с небольшим назад письмо с угрозами? - неожиданно спрашивает Игорь. Он зацепился за какую-то информацию и пытается вытянуть нужную ему пить из миллиардов ей подобных.

Глеб явно потрясён этим вопросом.

- Мне прислали анонимное письмо, где были такие слова: "Скоро умрёшь".

- Эти слова были кодом, запустившим уже установленную в твоей энергоинформационной матрице программу, - пояснил я, пока Игорь всё тянул к себе ниточку каких-то давних событий.

- У вас есть компаньон с нерусской фамилией. Кажется, она начинается на букву "Ф"? - снова интересуется Игорь.

Глеб ещё больше напрягается.

- Да. Он участвовал со мной в очень крупном проекте как партнёр. Но мы расстались врагами.

- Он попросил двух экстрасенсов, которые работают в какой-то закрытой лаборатории, взять домашнее задание. И заплатил большие деньги. Дорогой ты человек, Глеб, если за тебя такими чемоданчиками с долларами платят.

- А что можно сделать? - вполне логично интересуется он.

- Можно разобрать их пакостную программку. Только не сразу - сеансов за несколько, - обещаю я.

Конструкция, которой атаковали Глеба, похожа на снежинку. Её основа - шесть скрещенных палочек. Они с некоей периодичностью как бы выпадают из информационного пространства на заданный объект. Когда такая снежинка достигает нейронов мозга, она распадается на шесть частей, каждая из которых проникает в клетки мозга. Там, на стенках нейронов, записана глобальная информация о человеке и человечестве. Вот её-то и разрушают, рассыпавшись на элементы, падающие сверху снежинки.

В результате человек сначала теряет свои таланты, способности, потом здоровье, потом жизнь.

Остановить такой "снежинкопад" весьма непросто. Люди, которые его вызвали, довели до совершенства своё умение. Они могут ничего не знать о свойствах и структуре информационного пространства в целом, но то, чему научились, делают хорошо. Это как боксёр, который в течение многих лет отрабатывает один и тот же удар. Всё остальное у него получается не лучше, чем у других. Но коронный удар раз за разом приносит победу.

- Когда начнём? - торопит Глеб.

- Уже начали, - отвечаю, видя, как Игорь убирает некоторые фрагменты информационной конструкции.

- Давить на тебя их программа ещё будет, но не так, как прежде, - поясняю Глебу. - Будешь приходить время от примени, и мы постараемся её полностью разобрать. Но и сейчас она уже не представляет опасности для твоей жизни. Недельки через две сам почувствуешь.

Через неделю Глеб уже вполне сносно владел правой рукой, а через две уехал опять за границу - рулить своими проектами.

И, кажется, забыл, что за один сеанс мы не обещали ему полного выздоровления.

"Не плоть, а дух растлился в наши дни", - наблюдал Фёдор Тютчев. История с Глебом вполне определённо показала, что мир, в котором мы живём, очень быстро и опасно меняется. Многие люди начинают осваивать биоинформационные технологии и, к сожалению, далеко не всегда используют их на благо ближних. Снова и снова повторяется ситуация, когда открытие, способное помочь человечеству, кардинально решить насущные проблемы, оборачивается в первую очередь против людей. Таинственные экстрасенсы-киллеры, установившие Глебу смертоносную информационную конструкцию; Лапшин, создавший свою глобальную спайдер-сеть, работающую за счёт информационно-энергетических деформаций пространства, - чрезвычайно треножные сигналы. Не замечать их значит обрекать себя и своё будущее произволу тех, кто не очень отягощен узами совести и морали.

- 30 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _