Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Андерхилл Эвелин - Мистицизм

- 90 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

"Нет ничего более обескураживающего для души, которая верила, что достигла высот на пути совершенствования, - патетически восклицает г-жа Гийон, - чем видеть, как все ее надежды рушатся в один миг!" [9]

Обучаясь в "высшей школе" духовной жизни, Сузо тоже прошел не только через искушения и отчаяние, но и через всевозможные испытания и неурядицы во внешней жизни: его преследовали разные трудности, клеветнические измышления и даже физические страдания. "В то время можно было подумать, - говорит он, - что Бог позволил и людям, и бесам подвергать Своего слугу ужасным пыткам". [10] Это ощущение враждебности окружающего мира, неопределенности Эго и его беспомощности перед лицом внешних обстоятельств напоминает смущение, робость и нервическую чувствительность подростка. В обоих случаях подобное ощущение возникает по одной и той же причине - вследствие хаоса, который воцаряется, когда прежнее равновесие уже нарушено, а новое еще не найдено. Душа, для которой характерно движение к высшим уровням реальности, теряет и оставляет позади себя некоторые элементы этого мира: она вырастает из них, хотя некогда была к ним столь привязана. Это напоминает переход ребенка из детского сада в школу. Разрушение и созидание в данном случае идут рука об руку, и поэтому истощение и отмирание озаренного сознания является первым этапом в движении души к иным центрам сознания. Таким образом, ощущение потери и несоответствия, сопутствующее отмиранию старого сознания, становится косвенным стимулом для роста нового. Душа оказывается втиснутой в новый мир, в котором она чувствует себя неуютно, потому что не определила своего места в последующей, взрослой жизни.

"Ты был младенцем у моей груди, беспомощным младенцем, - говорит Сузо Вечная Мудрость. - Теперь же я отнимаю тебя от груди". В последовавших за этим мраке и хаосе, которые наступают, когда привычные ориентиры утеряны и душе ничего не остается, как отдаться неизбежному процессу преображения сути вещей, возникает контакт с неусыпным Духом Жизни, который вынуждает к переходу на новый, более высокий уровень, чтобы душа могла не просто видеть Реальность, но и быть ею.

Таким образом, с психологической точки зрения глухая ночь души наступает в результате исчерпания прежних ее ресурсов и необходимости их обновления под знаком радикальной смены ориентации. Глухая ночь представляет собой "нарастающую боль" при естественном развитии души к постижению Абсолюта. Великие мистики, эти творческие гении в области человеческой психологии, инстинктивно пытались извлечь из этих психологических потрясений пользу для человеческого духа. Наряду с душевными перепадами, взлетами и падениями, через которые неустойчивая психофизическая система устремляется к поиску новых центров сознания, происходит нарастание новых духовных потенций. Gyrans gyrando vadit spiritus. Механизм сознания корежится от перенапряжения и, кажется, вот-вот распластается на старом и более низком уровне, на котором исключены даже проблески восприятия уровней трансцендентных. Это напоминает ребенка, впервые поставленного на ножки, который чувствует себя куда менее комфортно, чем на руках у матери.

"Ведь окуная душу в глубины ее прежней животной природы, Бог не просто лишает ее всех удобозримых проявлений света и милости, но и отнимает у нее способность свершать какие-то дела в своем высочайшем духе, а также утешать себя помыслами о Его любви", - говорит опытный духовный наставник Августин Бейкер, предвосхищая построения современных психологов. "Неудивительно, - продолжает он, - что прежний мир в душе оказывается утраченным, и она больше не способна заглянуть в себя. Ее одолевают греховные побуждения и порочные помыслы, и справиться с ними ей так же трудно, как в начале ее духовного пути, а может быть, еще труднее... Возвышаясь в духе, она видит лишь облака и тьму. Она ищет Бога, но не может найти даже самых слабых следов Его Присутствия. Что-то удерживает ее от исполнения греховных намерений, но что это такое, она сама не знает, ибо ясность духа отнята у ее разума. Воистину она теперь там, где наиболее удалена от духа и его деяний - я разумею те, которые зримы земными глазами". [11]

Этот период хаоса и страданий может длиться несколько месяцев и даже лет, прежде чем сознание снова станет целостным и подчинит свою деятельность новому центру. Как бы то ни было, чаще всего вначале дает о себе знать негативная сторона этого новообразуемого центра и соответствующего осознания Абсолюта. Это значит, что душа постигает неудовлетворительность прежнего состояния задолго до того, как в ней откроется возможность восприятия в новом, более высоком состоянии. Это постижение может принимать две формы: объективную, - она выражается в удаленности или отсутствии Абсолюта, которого ищет душа; и субъективную, которая проявляется в слабости и несовершенстве души. Обе разновидности понимания являются непосредственным побуждением к действию. Они представляют собой нечто подобное соблазну Богоборчества [Divine Negation], опыт которого душа должна испытать, чтобы победить и попросту изжить его. Следовательно, глухая ночь во многих отношениях является результатом действия естественных причин и, в свою очередь, способствует производству мистической энергии, что объясняет некоторые ее сверхъестественные проявления.

(2) Но довольно психологии. Пора рассмотреть мистический, или трансцендентальный аспект глухой ночи, разобраться, что она значит как для испытавших ее мистиков, так и для исследователей духовного начала в человеке и всего поля духовного опыта.

Здесь, как и на остальных этапах Мистического Пути, мы должны избегать обобщений, сводящих опыт глухой ночи к некоему общему для всех переживанию. Слишком уж часто исследователи довольствуются, по причине его простоты, этим лаконичным и по видимости универсальным определением состояний, которые возникают при одних и тех же условиях и сопровождаются одинаковыми симптомами у всех, кто через них проходит. Для таких исследователей глухая ночь - не более чем общее название для болезненных состояний, которые сопровождаются отрицательными эмоциями и, как правило, возникают в промежутке между озарением и жизнью в единении. Между тем различные созерцатели интерпретировали опыт "ночи" по-разному, ведь за озарением каждого типа следует соответствующего типа "тьма".

У людей одного типа темперамента преобладает эмоциональный аспект переживания - тоска влюбленной по внезапно утраченному Возлюбленному, - тогда как у других на первый план выходит интеллектуальная пассивность и замешательство. Некоторые, подобно св. Иоанну Креста, переживают глухую ночь как "пассивное очищение", как состояние ничтожества и беспомощности, в котором душа не делает ничего, а лишь предоставляет Жизни идти своим чередом. Для других, подобных Сузо, вообще для отважных мистиков немецкой традиции она представляет собою время напряженной деятельности и внутренних борений вокруг необходимости "полного самоотречения", которое является, по сути, приготовлением к жизни в единении. Все те черты характера, которые оказались незадействованными при первом очищении души - остались, так сказать, лежать в углу, когда сознание поднялось на более высокие уровни озаренной жизни, - теперь пробуждаются от сна и освобождаются от инерции прежних иллюзий в процессе последовательного согласования с другими.

Таким образом, глухая ночь представляет собой естественный для человека процесс, в ходе которого душа, возомнившая было себя столь духовной, столь прочно утвердившейся на сверхъестественных уровнях, оказывается вынужденной оглянуться, чтобы, забыв о недавней своей жизни в Свете, взрастить в себе те качества, которые сделают ее достойной Света. Только таким образом, преображением всего человека, последовательным и скрупулезным культивированием в себе всех так называемых "духовных" качеств, можно достичь Обoжения, - приобщения к Богочеловечеству. Обoжение есть единственная надежная лестница, ведущая мистика к Реальности, оно подразумевает преображение человека "в соответствии с образом, явленным ему на горе". "Человеческое во мне, - обращается к Сузо Вечная Мудрость, - есть стезя, по которой должен пройти каждый, кто желает обрести то, что он ищет". [12] Пожалуй, запечатленное в этом изречении категорическое требование может служить пробным камнем для различения подлинной мистической жизни и ее всевозможных имитаций. Во время очищения душа впервые протирает зеркало восприятия и, как следствие, в минуту озарения видит Реальность. При этом она выходит за пределы ограничений того восприятия, которое характерно для "естественного" человека, окруженного всевозможными чувственными иллюзиями. Теперь для нее пришел черед быть реальностью, а это совсем не так просто. Для это нужно пройти через еще одно, более глубокое очищение - не только органов восприятия, но и самого храма души, того "сердца" личности, которое является источником воли и любви. В ходе испытаний и страданий ночи душа теряет из виду Бесконечное и вновь сталкивается с ограничениями конечного. Она теряет способность действовать и учится открываться потоку большой Жизни, чтобы быть. "В конце такого длительного и беспощадного преображения, - говорит Люси-Кристина, - насколько более кроткой становится душа в руках Бога, насколько менее привязанной ко всему, что не есть Бог! Она ясно видит в себе плоды смирения и терпимости, постигает Пустоту [Nothingness], свою и всех вещей, и по мере этого чувствует, как ее любовь прямо и непосредственно восходит к Богу". [13]

Чтобы уточнить ход нашего рассмотрения, вспомним, что мистическая жизнь есть жизнь любви, что Объект мистического поиска и периодических прозрений вызывает у того, кто Его ищет, благоговение и пробуждает в нем самые возвышенные устремления. "С Тобою эта темница станет цветущим садом, о Восхититель Сердец! С Тобою ад станет раем, о Вдохновитель Душ!" - говорит Джалаладдин Руми в знаменитой поэме "Месневи". Таким образом, для мистика, который однажды сподобился Видения Райского Блаженства, не может быть большего несчастья, чем исчезновение этого Объекта из сферы его сознания, потеря сопровождающего Друга, угасание Света. Поэтому, какой бы вид ни приняла глухая ночь, она влечет за собой великие страдания, которые намного страшнее, чем все, что человеку удалось пережить на пути очищения. Тогда, прилагая усилия, душа отрывалась от несовершенного. Теперь же она потеряла Совершенство и осталась в полной беспомощности и тоске, ибо Сокровище исчезло, и душа вся охвачена недоумением и чувством несправедливости к ней Самого Божества. Нам теперь следует рассмотреть несколько типичных проявлений этого ее самоощущения на уровне поверхностного сознания.

I. Мистикам, которые по своему темпераменту более склонны к восприятию Абсолюта в виде присутствия божественного Друга и для которых Он как объективная идея [objective idea] стал смыслом жизни, кажется, что Сам Бог, однажды показавшись, затем Своею волей лишил их Своего Присутствия, чтобы никогда не объявиться впредь. "Порою Он ведет Себя так, - говорит Экхарт, - словно между Ним и нами выросла неприступная стена". [14] "Око, прозревающее Вечность" закрылось, и на месте прежнего отрадного ощущения близости и взаимной любви открылась ужасная зияющая пустота.

- 90 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _