Книги по эзотерике, книги по магии, тексты по психологии и философии бесплатно.

Ошо Бхагаван Шри Раджниш - Не-ум - Цветы вечности.

- 16 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

"Гора Готаи и гора Дайзуи - чему они подобны? Какова

гора Дайзуи?"

Дайзуи сказал: "Говори громче - я плохо слышу". Монах повторил вопрос громким голосом.

Дайзуи сказал: "Она подобна тысяче гор, десятку тысяч гор!"

То был небольшой холм, но из-за тысяч учеников, шествующих по золотому пути просветления, Дайзуи сказал:

"Не только мое просветление делает гору Дайзуи тем, что она есть, но тысячи, возможно, десятки тысяч ищущих того же просветления. Этот холм - один из самых благословенных на свете. Столько искателей, столько тех, кто, безусловно, решил достичь своего потенциала. Тысяча или десять тысяч спящих будд стараются пробудиться".

Этот холм - место не малое. Если он может вместить десять тысяч будд, как может он быть малым местом? Это десять тысяч гор, сплошная цепь, идущая на тысячи миль.

Монах не смог понять. Чтобы понимать утверждения дзэнских мастеров, вы должны иметь какое-то представление о горах, медитациях, учителях. У вас должен быть какой-то вкус весны; иначе это будет выглядеть полным абсурдом.

По другому поводу монах сказал: "Один из древних стоял в снегу и отсек свою руку. Что за истину он разыскивал?"

Это одно из самых замечательных событий в истории дзэна. Оно произошло, когда Бодхидхарма ушел из Индии в Китай и просидел девять лет просто лицом к стене храма. Многие приходили убеждать его: "Почему ты не разговариваешь с нами? Мы задаем вопросы, а ты даешь ответы стене. Это выглядит очень странно".

А Бодхидхарма сказал: "Пока не придет человек, у которого есть уши и сердце понять- меня, лучше говорить со стеной. По крайней мере, не разочаруешься". И однажды человек пришел.

Он отсек одну руку, бросил ее перед Бодхидхармой и сказал: "Если ты сейчас же не повернешься ко мне, я отсеку и свою голову тоже". Бодхидхарма быстро повернулся и сказал: "Так ты пришел! Я жду тебя уже девять лет".

Пока человек не готов поставить на карту саму свою жизнь, трансформация невозможна.

Итак, тот монах, спрашивая Дайзуи, сказал: "Один из древних, я слышал, стоял в снегу и отсек свою руку. Что за истину он разыскивал?"

Дайзуи ответил: "Он не отсекал себе руку". Монах запротестовал: "Он отсек ее! Почему ты говоришь, что нет?"

Факт в том, что он сделал это. Но истина в том, что он не делал этого.

Не было усилия, когда он отсек свою руку; это было так раскованно, словно ничего не происходило. Стало быть, истина в том, что он не отсекал ее. Факт в том, что он отсек ее. А дзэн связан с истиной, не с фактом.

Дайзуи заметил: "Он наслаждался, стоя в снегу".

Он наслаждался совершенно. Даже если бы отсекал себе голову, он был бы так же раскован, так же доверчив. И его поиск стал его абсолютным решением. Для такого поиска отдать свою руку или свою голову - не значит ничего. Ваши руки рано или поздно растворятся в земле.

"Так о чем же разговор?" - сказал Дайзуи. "Человек не отсекал себе руку; он наслаждался так потрясающе, как только возможно". И поворот Бодхидхармы был столь великим пунктом в повороте всего его существа... он стал преемником Бодхидхармы.

Когда Бодхидхарма покидал Китай, чтобы уйти в Гималаи и исчезнуть в вечных снегах... Он состарился, и настало время искать надлежащее место исчезнуть в беспредельности.

Он позвал четырех учеников и спросил их: "В чем суть учения Будды?" Один вышел вперед и сказал: "Познать себя, вот суть учения Будды".

Бодхидхарма сказал: "Ты прав, но недостаточно, чтобы стать моим преемником. Садись. У тебя только моя кожа, ты не пошел глубже".

Подошел второй человек, и ему был задан тот же вопрос:

"В чем суть учения Будды?"

Человек сказал: "Достижение "не-я"".

Первый говорил: "Познание себя". Второй сказал: "Достижение "не-я", ничто, абсолютной невинности, где идея "я есть" не возникает". Бодхидхарма сказал: "Ты лучше, чем первый. У тебя мои кости, но ты все же не способен быть моим преемником".

Третий вышел перед ним... тот же вопрос. Третий сказал:

"Истинная сущность учения Будды - это безмолвие".

Бодхидхарма сказал: "Это даже лучше, чем у других, но недостаточно, чтобы стать моим преемником. Если основание и суть учения безмолвие, то тебе лучше было бы оставаться молчаливым, чем пользоваться словом "безмолвие", ибо слово "безмолвие" не есть безмолвие.

Твой ум полон мыслей. Прекрасные мысли - мысли о безмолвии, мысли о медитации, - но все это мысли. Неважно, думаешь ты о деньгах или ты думаешь об окончательной истине. Мышление, как таковое, только беспокойство; объект мышления не имеет никакого значения. У тебя мой костный мозг, но все же ты не достоин стать моим преемником".

Четвертый человек вкшел... тот же вопрос. Ответа нет, просто слезы, и он опустился к ногам Бодхидхармы. Бодхидхарма объявил этого человека своим преемником.

Это был тот самый человек, с одной рукой. Не говоря ничего, он сказал все. Те слезы оказались более могущественными, более выразительными, чем все слова, чем весь человеческий язык. Как бы ярко это ни выражалось философски, логически, рационально, оно не несет истины, не несет любви, не несет красоты в себе.

Так что воистину тот человек, который отсек себе руку, наслаждался безмерно. Его отсекание руки было совсем раскованным, в глубоком доверии и великой любви. Фактически, он, может быть, и отсек руку, но истина в том, что он наслаждался всем переживанием, поворотом Бодхидхармы лицом к нему через девять лет сидения перед стеной.

Бодхидхарма отвернулся даже от китайского императора By, назвав его идиотом. Тот пришел из далекой столицы к границам встретить Бодхидхарму. И он спросил у Бодхидхармы: "Я сделал столько религиозной работы, так много постился. Десять тысяч ученых непрерывно переводят послание Будды. Я кормлю миллионы буддийских монахов, я поддерживаю сотни монастырей. Я обратил всю землю Китая в буддизм. Какова моя заслуга? Какое вознаграждение ожидает меня?"

Бодхидхарма сказал: "Ты идиот! Само желание награды уничтожило всю заслугу. Ты провалишься в седьмой ад! И я не войду на твою территорию, потому что тебя окружают ученые писания, монахи, монастыри. Я буду оставаться снаружи и ожидать надлежащего человека". Это потребовало от него девяти лет, но его доверие... Он старился, но он ждал, ждал и ждал, и, наконец, человек пришел.

Он всегда приходит, вам нужно просто ждать - не спеша, не прося, чтобы он пришел сейчас же, - просто чистое ожидание, слушание шагов, когда он идет. Он всегда приходит. Если есть надлежащий учитель, тысячи надлежащих учеников обязательно придут. Если есть чистая весенняя вода, то те, кто жаждет, обязательно придут. Когда розы цветут, пчелы появляются издалека, за мили.

Ученые работали над языком пчел, поскольку обнаружили, что пчелы определенным образом передают некоторую информацию. У них, возможно, нет очень длинного языка, алфавита, но у них несомненно имеются какие-то символы. Одна пчела движется на поиски цветов за мили, и когда она нашла цветы, она возвращается к тысячам ожидающих пчел и танцует определенным образом. И тотчас же тысячи пчел летят в направлении цветов. Тот танец указал направление.

Даже пчелы находят цветы издалека. Что же говорить о человеческом сознании? Те, кто бдительны, те, у кого есть ощущение поиска какого-то смысла в своей жизни, обязательно разыщут цветы, которые расцвели.

Так что ученик, согласно Дайзуи, наслаждался. Даже отсекая руку, он просто предлагал подарок учителю, которого разыскал. Это было его радостью. Стало быть, что касается истины, это одно; факт - это другое.

Просто попутно мне хочется напомнить вам, что на Востоке мы никогда не писали историю. История - абсолютно западный феномен. С приходом Британской империи христианские миссионеры начали писать историю Индии, а Индия никогда не заботилась писать историю - просто потому, что история бывает не чем иным, как фактами, фактами и фактами. А мы заинтересованы в истине, но у истины нет истории.

Истина - всегда настоящее; история означает прошлое. Истина никогда не прошлое. Истина всегда здесь; стало быть, истина не может иметь истории. Мы отбросили всю идею истории.

В другой раз монах кланялся статуе Манджушри в присутс твии Дайзуи.

Учитель поднял свою мухобойку и сказал:

"Манджушри и Самантабхадра, оба содержатся в этом" - в мухобойке.

Такие утверждения не могут делаться нигде больше, кроме как в мире дзэн. Манджушри и Самантабхадра - два великих ученика Гаутамы Будды, которые стали просветленными при его жизни. Рассказать, как Манджушри стал просветленным, будет достаточно для того, чтобы вы поняли, что те люди, Манджушри и Самантабхадра, были столь же ценными, как и сам Гаутама Будда.

Манджушри обычно годами сидел под деревом в медитации. И однажды ночь закончилась - вдруг не по сезону дерево расцвело и цветы стали падать, как дождь.

На Востоке есть такие прекрасные деревья, которые осыпаются дождем. Одно я полюбил больше всего... Я не знаю, под каким деревом сидел Манджушри, но, самое вероятное, это должно быть такое дерево - я полюбил его с самого моего детства. Дерево называется мадхукамини. Оно расцветает в сезон дождей; оно расцветает тысячами цветов сразу и ночью. А наутро вы обнаружите почти ковер из цветов под ним, тысячи цветов с таким замечательным благоуханием. Я не встречал другого дерева, подобного этому.

Возможно, Манджушри сидел под мадхукамини, или это могло быть другое дерево, неважно. Важно то, что десять тысяч учеников Будды смотрели на дерево, смотрели на Манджушри... и не могли поверить этому. Было не время -что случилось с деревом?

Будда сказал: "Вы видите только дерево и его цветы. Вы должны смотреть на Манджушри, должны понять, что произошло с Манджушри. Дерево просто услышало то, что произошло с Манджушри. Дерево просто синхронизировалось. Если Манджушри может расцвести так внезапно, отчего дерево не может сделать то же самое? Смотрите на Манджушри". А Манджушри сидел в молчании уже семь дней непрерывно до тех пор, пока сам Будда не подошел к нему и не сказал: "Манджушри, семь дней прошло. Время вставать и рассказать своим спутникам, что произошло в твоем существе".

Самантабхадра сразу же стал просветленным, когда посмотрел после сказанного Буддой: "Не смотрите на дерево, посмотрите на Манджушри".

Из десяти тысяч учеников только один Самантабхадра заглянул в Манджушри и стал просветленным сам. Просветление может стать цепной реакцией.

Об этих двух великих просветленных Дайзуи говорит - из-за того, что один монах поклоняется статуе Манджушри:

"Манджушри и Самантабхадра, оба в этой мухобойке".

Фактически это не так, но истина в том, что даже у мух, которых можно прихлопнуть мухобойкой, есть тот же потенциал, что у Манджушри и Самантабхадры. Это есть то, что говорит Дайзуи.

Не думайте, что он оскорбляет Манджушри или Самантабхадру. Он просто указывает истину: "Не поклоняйся статуе. Ищи истинный источник жизни. Даже живая муха обладает сущностью будды. Для бедной мухи могут потребоваться миллионы лет, чтобы стать человеческим существом, но это не повод для беспокойства".

- 16 -

← Предыдущая страница | Следующая страница → | К оглавлению ⇑

Вернуться
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _